Кейт Джаррет — пианист, чье имя еще в 70-х стало символом инноваций в джазе. Кейт Джаррет — музыкант, побывав на импровизационном концерте которого, Бобби МакФеррин тоже решил стать музыкантом. И, наконец, Кейт Джаррет — человек, которого считают последователем такого мастера как легендарный Билл Эванс.
Вообще-то, мне давно уже кажется, что Будапештский фестивальный оркестр – лучший в мире. Ну, или «первый среди равных» вместе с Консертгебау и Симфоническим оркестром Штутгартского Радио. Эти большие оркестры демонстрируют нестандартное мышление на всех уровнях, свойственное скорее оркестрам камерным, которые по определению бывают более маневренными.
В новом альбоме Бьорк слышно многое из ее совсем давнего прошлого (времен «Homogenic») и более близкого, кинематографического, — времен «Танцующей в темноте» и саундтрека к «Drawing Restraints» Мэттью Барни. Что это перед «Wanderlast» — гудки китобойного судна «Нисин Мару» или какой-то диковинный инструмент?
Шон Леннон — великолепный мелодист и лирик. Исполнение выше всяких похвал. И совсем не страшно, что он похож на отца. Сходство неуловимое, но безусловное — в интонациях, звукоизвлечении, самом голосе. Они и внешне похожи. Разве могло быть иначе.
Тех, кто знает прекрасного американского трубача Роя Харгроува только как джазмена, этот альбом может разочаровать. Содержание диска если и связано с джазом, то в весьма небольшой степени. Здесь царят другие мотивы, и диктуют их особенности проекта RH Factor.
Трубач Erik Truffaz — воплощение французской маргинальности — никогда не снимает свою старую кожаную куртку, воспевает гашиш и дружит с уличными рэперами. Новый диск Труффаза вдохновлен его визитами в Россию. Кстати, у нас в стране и вообще в Восточной Европе у Эрика несравнимо больше слушателей, чем в Америке, к примеру.
В середине девяностых прогремели Blur, еще через пять-шесть лет Дэймон Албарн придумал уникальную виртуальную группу, почти параллельно запустил продюсерский проект «Mali Music»… Наплодив «детей», Албарн ни одного из них не бросил и не отпустил в свободное плавание — каждый из проектов жив...
У британской гитарной музыки имидж занудной, депрессивной и скучной. Хотя ее поклонники считают, что при кажущейся легкости эта музыка очень глубока, красива и насыщенна. Она заряжает энергией и дает силу. Именно для ценителей британской гитарной волны написан сольный альбом лидера группы Pulp Джарвиса Коккера, одного из главных зануд брит-попа.
Macy Gray — женщина, обладающая удивительным голосом, хриплым и эротичным. Он напоминает голоса великолепных афроамериканок — Билли Холидей и Ареты Франклин. Ее имидж, похоже, не оставивший безразличной Леру Гернер, расходится с представлениями о кукольных r’n’b-певичках с MTV.
Шотландцев не поймешь: то они заигрывают с электроникой, то с психоделией, то с танцевальной музыкой. «Riot City Blues» — дерзкий выпад. Можете представить, чтобы признанные экспериментаторы с более чем двадцатилетним стажем в 2006-м выпустили пластинку, по звуку напоминающую то самих Primal Scream образца 1994 года, то ранних The Rolling Stones?
Он либо обожаем, либо категорически не нравится. Вопрос вкуса. Он диктует собственные правила внутри своего мира. Его диалог с окружающим скорее похож на внутренний монолог. И в этом есть свой шарм. В сборнике из трех дисков половина вещей — не издававшееся, разбросанное по саундтрекам к кинофильмам и спектаклям, бутлегам и посвящениям...
Живая и яркая пластинка, какими редко бывают трибьюты. После смерти Сержа Гензбура в 1991 году сборники песен его памяти стали выходить непрерывно. У одного только Мика Харви из The Bad Seeds — два. Но такая эклектичная компиляция появилась впервые — к 15-тилетию со дня смерти французского поэта, композитора, исполнителя, актера и режиссера.